Боровой — Кашину: «Каждый уголовник мечтает, чтобы его преступления назывались публицистикой»

Боровой1

Поводом к новой беседе Newsader с политиком Константином Боковым стала статья Олега Кашина, опубликованная на сайте "Радио Свобода", в которой он, рассуждая о российской медиа-среде в "России без Путина", призывает сохранить в профессии большую часть нынешних сотрудников прокремлевских медиа и в то же время обрушивается с критикой на независимого журналиста Александра Сотника. Последний, по сообщениям самого главы телеканала Sotnik-TV, испытывает сегодня массированное давление со стороны пропутинских злоумышленников, ежедневно отправляющих ему в Сети и по sms бесчисленные угрозы физической расправой, дополняя эти преступные действия анонимными звонками с аналогичным посылом. Неделю назад аккаунт Сотника и ряда других оппозиционно настроенных лиц были заблокированы на 7 дней социальной сетью в результате массовых жалоб так называемых "кремлеботов" (сегодня был разблокирован). Одновременно с этим в Facebook массовой создаются фальшивые аккаунты Александра, в которых неизвестные от имени журналиста делают дискредитирующие его сообщения. Оппонируя Кашину, Боровой представил собственную версию будущего российской журналистики.

NA: Константин Натанович, с чем связано появление статьи Олега Кашина на сайте "Радио Свободы" о "СМИ освобожденной России"?

К.Б.: В сегодняшних условиях существует два вида деятельности, противоположных по целям и методам. С одной стороны, это классическая журналистика, с другой — грубая пропаганда. Вторую называют плохой журналисткой, однако это вовсе не журналистика, поскольку представители данной профессии занимаются доказательствами того, что белое — это черное.

Мы столкнулись с феноменом, когда пропагандистами, следователями, экспертами и провокаторами кремлевских спецслужб становятся журналисты. Их нанимают на работу, а они соглашаются. Строго говоря, речь идет о преступной деятельности. Никакого отношения к журналистике — даже к плохой — это не имеет. От того, что они занимаются буквами, словами и предложениями, не делает их журналистами. Они журналисты не в большей степени, чем следователи КГБ, которые заполняют протоколы с использованием правил русского языка. В то же время у многих из силовиков имеется военная специальность с формулировкой, звучащей так: ведение пропагандисткой кампании против врага. Да, чекисты любят называть себя журналистами, вступают в журналистские сообщества. Геббельс тоже гордился, что был членом сообщества немецких писателей.

Сейчас мы находимся в состоянии войны — войны чекистов против общества. Именно общества, а не либералов. Последние избраны в качестве игрушки для битья. На их примере гражданам демонстрируется, что с нынешней властью нельзя спорить и конкурировать.

Мотив публикации Кашина понятен: он хочет, чтобы его и соратников рассматривали как журналистов, пусть и плохих, непорядочных. Однако проблема в том, что, как я уже сказал, они вообще не журналисты.

NA: Какой Вы видите журналистику в "России без Путина"?

К.Б.: Здесь следует иметь в виду, что люди вроде Киселева совершают обычные уголовные преступления. Одними из них являются участие в незаконном удержании власти, а также разжигание межнациональной и социальной розни. Соответственно, лица, совершающие эти злодеяния, после ухода Путина должны быть наказаны по всей строгости закона.

Конечно, многие приспосабливаются, и речь идет отнюдь не только о журналистской среде. Те же ПАРНАС и "Яблоко", участвуя в выборах, по существу соучаствуют в преступлениях власти хотя бы на том простом основании, что, перемещаясь в Крым с целью ведения предвыборной агитации, незаконно пересекают границу Украины в районе Керчи со стороны Российской Федерации. Это делается при помощи российской власти, но, как известно, незнание закона (в данном случае — его непонимание) не освобождает от ответственности. В послепутинской ситуации эти партии должны быть ликвидированы как соучастники преступлений, а многие из их членов должны быть подвергнуты люстрации: формально речь идет о помощи Кремлю в ведении агрессивной войны, убийстве людей и оккупации территории иностранного государства.

NA: Что Вы ответите критикам телеканала Sotnik-TV, называющие его журналистику политизированной?

К.Б.: Sotnik-TV — это не политизированная журналистика. Политизирована она лишь в том смысле, что противостоит пропаганде, варварству и деспотии. Александр Сотник принадлежит к очень малому числу журналистов, которые в сегодняшних условиях работают честно и открыто. Он и такие как он не боятся власти и противостоят кремлевской агрессии, совершаемой против общества и свободомыслия. Любой журналист обязан делать то, что делает Сотник. Называть это политизированностью может только тот человек, который допускает возможным для себя участвовать в пытках, как это происходило, например, на Донбассе, где один псевдожурналист фактически допрашивал пленного украинца под видеозапись, а другой выставлял видеокамеру и корректировал огонь: "Ударьте чуть левее, чуть правее".

Кашин в своей статье настаивает на сохранении Габрелянова и его соратников в профессии после падения путинского режима. Он пишет: "Если мы мечтаем о свободной прессе, в свободной России, то эта мечта невозможна без Арама Габрелянова и Владимира Сунгоркина, замены которым в антипутинских кругах нет в принципе". Иными словами, Кашин предлагает считать садистов людьми, всего лишь совершившими ошибки. Ничего удивительного, ведь каждый уголовник мечтает, чтобы его преступления назывались публицистикой. Однако мы, человечество, считаем, что таких людей надо изолировать от общества: во-первых, они опасны; во-вторых, это профилактика. Всем тем, кто собирается повторить этот опыт, должно быть ясно: такие деяния уголовно наказуемы.

Подпишитесь сейчас на страницу Newsader в Facebook: жмите кнопку "Нравится"

Беседовал Александр Кушнарь, Newsader

 

1891447_684240371641977_8829285969837673446_o

Александр Сотник, фото с аккаунта в Facebook