Пионтковский: Путин продает американцам воздух и уничтожает их союзников в Сирии

Пионтковский

В очередном интервью для Newsader политолог Андрей Пионтковский высказал собственную оценку относительно последних событий в Сирии. Рассказ эксперта полон пессимизма в отношении политики Соединенных Штатов, готовых, по его мнению, на любые уступки Путину ради избежания  ответственности за ближневосточный регион. 

А.К.: Андрей Андреевич, прокомментируйте итоги событий последних дней: встреча Путина и Обамы в ООН, а также начало боевых действий РФ в Сирии.

А.П.: Попытаемся проанализировать, какие цели пытался ставить для себя Путин — не только при выступлении в ООН и на встрече с Обамой, но и всей своей новой большой сирийской авантюрой, которая, как нам с гордостью объяснял Киселев, готовилась в течение нескольких месяцев. Как видим, она увенчалась решением Совфеда о применении российских войск за рубежом и первыми авиаударами в Сирии. И, что очень показательно, не по позициям ИГИЛа , а по Армии Свободной Сирии, поддерживаемой США.

Прежде всего, Путину нужно было любой ценой изменить повестку дня, связанную с Украиной, где он потерпел тяжелое политическое и моральное поражение. Брэнды "русского мира" и "Новороссии", под которыми разворачивалась в прошлом году пропаганда "четвертой мировой войны" с англосаксонским миром, давно выброшены в чулан истории, не успев расцвести.

Сейчас Путин отчаянно пытается втолкнуть огрызок "Лугандонии" в политическое тело Украины, что плохо ему удается. Эта ситуация создает для него тяжелую внутреннюю проблему. Здесь отмечу, что самое опасное время для диктаторов — это внешнеполитические поражения, и вовсе не потому, что его ждут массовые выступления. Гораздо опаснее для него состояние умов его ближайшего окружения, которое понимает, что, во-первых, "Акела промахнулся", во-вторых, у него нет хороших ходов на Донбассе, в-третьих, истеблишмент рискует понести большие потери, в числе чисто экономические.

Поэтому Путину потребовалось срочно поднять настроение в своем окружении и продемонстрировать победу над американцами в каком-то другом регионе. Именно на это и нацелена сирийская операция. Путин направляет туда войска, посылая месседж российскому обществу и ближайшим сподвижникам о том, что он остается крупным игроком на мировой арене. Одновременно с этим он посылает Западу противоположный сигнал, преподнося вмешательство в сирийский конфликт как свой грандиозный вклад в дело глобальной борьбы с ИГИЛом. В обмен на эту услугу он рассчитывает получить смягчение позиции Запада по Украине и возможность выйти из игры, не потеряв лица. В частности, он рассчитывает заставить Киев принять "Лугандонию" в состав страны на условиях Кремля.

А.К.: Достигает ли Путин своих текущих целей?

А.П.: Посмотрим, как нынешние цели Путина были реализованы. Что ж, он достиг некого PR-эффекта в российском виртуальном пространстве. Российское телевидение уже четыре дня накачивает аудиторию манией имперского величия, которым больна кремлевская элита: "триумфальное" выступление с трибуны ООН, а также картинки чоканья с Пан Ги Муном и Обамой произвели впечатление, что "вождь" сохранил за собой статус крупного игрока в международной политике.

Добился он и укрепления нитей, на которых болтается слабеющий режим Асада. Риторика американцев изменилась: Вашингтон перестал требовать немедленного ухода сирийского президента и согласился на некий переходный период, который может длиться неопределенно долгое время, в течение которого Путин и сам Асвд якобы будут вносить свой вклад в уничтожение "Исламского государства".

Собственно, на этом достижения Путина заканчиваются. В большую коалицию он не принят, поэтому создает свою собственную с координационным центром в Багдаде, куда вошли Сирия, Ирак и Иран. Это "союзничество" в перспективе может оказаться для него очень опасным, так как в религиозной войне между шиитами и суннитами он демонстративно занял сторону одной из воюющих сторон — шиитскую.

Что касается уступок по Украине, то их не последовало. Обама в своем выступлении использовал формулировки "аннексия Крыма" и "российская агрессия", подчеркнув, что санкции не будут отменены до полного выполнения минских договоренностей, предусматривающих вывод российских войск и передачу Киеву контроля над границей.

Новости о первых авиаударах в Сирии свидетельствуют о том, что Путин намерен идти дальше в своей авантюре, однако спрашивается: что он может предложить Западу на рынке, где он торгует воздухом? В конце концов, наш "полковник" Путин как заправский военный эксперт сам неоднократно говорил о том, что справиться с ИГИЛ одними лишь воздушными ударами невозможно, и это действительно так: гораздо более мощная американская авиация уже год проводит операцию по уничтожению ближневосточных террористов, и конца этому не видно.

Но разве сам Путин предлагает наземную операцию российских войск ? Возможно, он думал об этом, однако последние события показывают, что Кремль не собирается задействовать сухопутные силы в далекой Сирии. Он понял, что об этом просто не может быть речи, поскольку такой поступок не будет принят ни российским обществом, ни самими военными: память об Афганистане слишком свежа.

Другой вопрос: зачем коалиции во главе с Соединенными Штатами путинская авиация, когда у них своей более чем достаточно? В отличие от Путина, американцы имеют авианосцы и в Красном, и в Средиземном морях, и в Индийском океане. Никакой практической помощи по борьбе с ИГИЛ Москва оказать не может. Таким образом, становится ясно, что основная цель Путина — это военная защита Асада. Если даже он потеряет Дамаск, поддержка Кремля сведется к обеспечению выживания аравийского анклава сирийского президента, в рамках которого он сможет продержаться достаточно долго вместе со своими сторонниками, составляющими на данный момент около 10 процентов населения страны. Таковы результате сирийского гамбита Путина.

Между тем, он не учитывает явной угрозы: создание Путиным шиитской коалиции вызовет крайне негативную реакцию во всем суннитском мире. Керри без всяких дипломатических изысков высказался по этому поводу следующим образом: Путину придется воевать с джихадистами уже на собственной территории.

А.К.: Керри заявил, что, если Асад уйдет быстро, то это может привести к "взрыву", который уничтожит гражданское общество в стране. Согласны ли Вы с такой оценкой рисков? Разве Асад не пробыл на своем посту слишком долго для того, чтобы оставаться у власти далее — после того, как при нем погибли 250 тыс. человек?

А.П.: Этот вопрос Вам надо задавать не мне, а госсекретарю и президенту  США. Вынужден констатировать, что американская политика на Ближнем Востоке полностью провалилась. Обама несет ответственность за сирийскую составляющую ИГИЛа , поскольку не решился поддержать светскую умеренную оппозицию в 2013 году, несмотря на данное ранее обещание в случае перехода Асадом "красной линии" — применения химического оружия. Тогда российский президент переиграл американского коллегу, подложив "свинью" с мнимым химическим разоружением. Путину удалось сделать это лишь потому, что Обама сам был обманываться рад: ему попросту не хотелось реализовывать угрозу "красной линии", проблему которой услужливо предложил решить кремлевской диктатор.

Два года назад группировка ИГИЛ представляла из себя не более, чем рядовое террористическое образование, каких немало по всему Ближнему Востоку: их не было даже на вторых полосах мировых газет. Стимул к расширению этой группы до размеров псевдогосударства произвело громадное разочарование суннитов тем, что Запад отказал им в поддержке и обрек тем самым множество молодых людей — сторонников умеренной оппозиции — на выживание и сопротивление в рамках "Исламского государства" перед лицом угрозы со стороны сирийского режима. Такова цена предательства Белого дома в отношении умеренной оппозиции.

Аналогичная история произошла в Ираке в результате выведения оттуда всего контингента американских войск, часть которых на самом деле было необходимо оставить как фактор переговоров суннитов с шиитским правительством в Багдаде. Именно суннитские группы помогли изгнать из страны "Аль-Каиду". Как им отплатил Вашингтон? Он бросил их в тот момент, когда шиитская милиция начала зачищать районы проживания суннитских племен, в результате чего они вынуждены были найти защиту под крылом ИГИЛа, даже несмотря на то, что там царили не устраивающие их шариатские порядки и экстремистская идеология.

Иными словами, Обама сделал все, чтобы создать эту ситуацию, из которой теперь не знает выхода. В нынешнем предложении Путина он, судя по всему, увидел спасительную соломинку. Дело говорит полковник Путин! Нужна наземная операция, которую не решаются провести европейцы и которую, как они надеялись, реализует глава Кремля. Конечно, на сегодняшний день в Белом доме поняли, что российский вождь не собирается идти на такой шаг. Единственное, что он предложил в качестве альтернативы наземного контингента — использование армии Асада. С другой стороны, она и без путинского гамбита уже несколько лет подряд сражается против собственных сограждан.

Итак, в тупике находятся обе стороны: и американская, и российская администрации. Они не в состоянии помочь друг другу, несмотря на громкие дипломатические заявления.

 

путин-обама

 

 

А.К.: Как я понимаю, Вы хотите сказать, что администрация Белого дома фактически пытается избавиться от ответсвенности за разрешение конфликта в Сирии по существу?

А.П.: В этом как раз заключается суть всей внешней политики Обамы. Его отказ от военного удара по Асаду в 2013 году и соглашение с Путиным по химическому разоружению — это лишь наиболее яркие примеры общего нежелания реализовывать функции мирового полицейского. Уход от ответственности и беспринципность в международных делах — "фирменный" брэнд действующей американской администрации.

А.К.: Что произошло бы в случае, если бы нынешняя администрация Обамы решилась на войну в целях смещения Асада. Не опасаетесь ли Вы ненужной эскалации конфликта вплоть до военного противостояния между США и Россией, которого, вероятно, как раз и добивается Путин ради укрепления собственных внутриполитических позиций?

А.П.: Путин стремится не к столкновению с коалицией, а к тому, чтобы продать себя как человека, способного оказаться полезным для американцев. В этой эскалации в Сирии не просматривается его желания развязать мировую войну с Вашингтоном. Напротив, он хочет заслужить уважения о стороны "старших братьев", заодно укрепив свой авторитет внутри страны как крупного международного "решалы". Именно об этом кричит вся путинская клоака в Вашингтоне — от Киссинджера до Саймса. Эти так называемые "эксперты" не устают повторять, что им нужны "русские для помощи в Сирии, Иране, Ираке и Афганистане", поэтому "не надо загонять Путина в угол".

В результате под давлением пророссийских аналитиков, а также благодаря внутреннему инстинкту, который подталкивает к бегству от любой внешнеполитической ответсвенности из желания остаться в исторической памяти великим миротворцем, Обама идет на всевозможные компромиссы с Путиным. Тот, впрочем, не в состоянии ему предложить ничего, кроме эффектных кадров бомбардировок тех территорий Сирии, которые, судя по всему, находятся под контролем оппозиции, пользующейся поддержкой Запада. И даже при этом Керри не находит ничего лучше чем выходить на совместную пресс-конференцию и благодарить «друга Сергея» за согласие продолжать конструктивные контакты по линии военных ведомств. Удивительна способность американской администрации предавать всех своих потенциальных союзников на Ближнем Востоке.

Если Вы хотите понять, как решить проблему ИГИЛ, я прямо скажу : понятия не имею. После многочисленных ошибок, допущенных в последние годы американским руководством, хороших решений в этой ситуации у политиков не осталось. На Ближнем Востоке господствует хаос, который, к сожалению выгоден Путину, лишь подливающему бензин в пожар войны. Если он всерьез вознамериться подтолкнуть Иран — своего союзника по "багдадской" коалиции — к наземной операции в регионе, то опасностью  станет уже не столько ИГИЛ как иранский Корпус стражей исламской революции. Одним словом, из-за бесхребетной политики Обамы и провокаций Путина весь ближневосточный регион уверенно сползает к крупномасштабной средневековой религиозной войне.

А.К.: Правильно ли я понимаю, что конфликта с Россией у Вашингтона бы в любом случае не возникло, даже если бы Обама решился на проведение военной операции против Асада.

А.П.: Я даже не собираюсь рассматривать такой сценарий: они не будут атаковать Асада. В свою очередь Путин твердо намерен сохранить Сирию под режимом сирийского диктатора. При этом очевидно, что задача кремлевского вождя не решаема в масштабе всей страны. Скорее всего Путин и Асад думают о плане Б – удержать алавитский анклав на средиземноморском побережье. Не случайно на занимаемые Россией базы в Латакии стянуты средства ПВО, призванные снизить риск воздушной атаки. Спрашивается: со стороны кого, если у ИГИЛ нет авиации? Очевидно, что речь идет о попытке предотвратить воздушное нападение на Асада со стороны американцев, саудовцев, турков и прочих союзников по коалиции.

А.К.: Мы же понимаем, что в этом случае начнется третья мировая, в которой Путин проиграет?

А.П.: Вот поэтому она и начнется. Если Обама не способен совершить элементарных шагов вроде поддержки сторонников в Сирии, с чего бы ему атаковать защищаемый российскими войсками анклав Асада?

А.К.: Не рассматриваете ли Вы нынешнюю соглашательскую позицию Вашингтона как способ спасти лицо Путину, пребывающего в непредсказуемом состоянии на фоне украинской травмы?

А.П.: Я не вполне понимаю, с чего бы им спасать это самое "лицо". Напротив, этот как раз задача самого Путина — добиться благорасположения со стороны ненавистной и в то же время тайно обожаемой российской клептократией Америки. Нынешняя же вашингтонская же администрация, к большому сожалению, готова предать кого угодно в случае, если со стороны Путина и ему подобных поступают предложения, которые освобождают Белый дом от необходимости принимать решения и выполнять неудобные обещания. Если бы кремлевский вождь послал сейчас в Сирию 90 тыс. военнослужащих, я не исключаю, что Вашингтон значительно смягчил бы свою позицию по Украине: они совершенно не возражают против того, чтобы кто-нибудь взвалил на себя задачу уничтожения "Исламского государства". Другое дело, что Путин не собирается этого делать.

А.К.: Вы намекаете на то, что нынешняя американская администрация готова к торгам на международной арене, в том числе по вопросу Украины. В то же время их официальные заявления противоположны Вашему предложению: они неоднократно подчеркивали, что не собираются продавать Киев.

А.П.: К сожалению, реальные торги ведутся, а столь любимые Обамой проповеди используются для прикрытия истинных намерений. Именно поэтому речь Обамы в ООН вызвала у меня такое же отторжение, как и монолог Путина. Прекрасную точку в этой дискуссии поставил с трибуны ООН украинский президент Петр Порошенко, который на прекрасном английском высказал бескомпромиссную и честную точку зрения, которую обязаны были заявить Путину в лицо лидеры западных стран: как можно ожидать от России, поддерживающей терроризм на Востоке Украины, искренности в намерении бороться с ним на Ближнем Востоке? И первыми же своим действиями в Сирии Путин подтвердил предупреждение украинского президента.

А.К.: Почему, по-Вашему, при выступлении Путина демарш объявила лишь украинская делегация и демонстративно покинула зал, в то время как официальные лица прочих стран не последовали их примеру?

А.П.: Потому что Путину удалось подняться со ступени изгоя-маргинала на уровень рукопожатного, с которым по крайней мере что-то обсуждается. Когда Вы сидите за одним столом с человеком и ведете разговор о серьезных мировых проблемах, как-то некомфортно высказывать ему подобные очевидные знаки презрения.

А.К: Чем именно не понравилось Вам выступление Обамы? Многие, напротив, отметили значительное превосходство речи президента США, произнесенной уверенно и без подглядывания в текст, над слабым путинским чтением собственного сочинения? 

А.П.: Собственно, речь Обамы подводила итоги его деятельности на Ближнем Востоке. Его характеристика ситуации в регионе по существу ничем не отличалась от путинской, если не считать распределения ответственности и ораторского мастерства. Американский президент подтвердил, что сегоднящняя реальность это гибель сотен тысяч людей, возникновение чудовищного ИГИЛа и поток беженцев. Но в действительности он не меньший виновник этой трагедии, нежели Путин.

Фактически, на лицо расхождение слов с делами. Произнесенная Обамой фраза о готовности защищать своих союзников опровергается фактами: ни суннитские племена, ни Армия Свободной Сирии не получили помощь от американских союзников вопреки данным ранее обещаниям.

Единственное отличие Обамы от Путина на Генассамблее заключается том, что кремлевский диктатор лжет умышленно, а американский президент – ненароком, будучи упоен собственной риторикой о высочайших принципах и воспоминаниями о нобелевской награде за приверженность миру. К сожалению, оба этих лидера приближают нас к серьезной региональной катастрофе.

Беседовал Александр Кушнарь